Блог О пользователеblinn

Регистрация

Календарь

« Февраль 2012  
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
1 2 3 4 5
6 7 8 9 10 11 12
13 14 15 16 17 18 19
20 21 22 23 24 25 26
27 28 29
 
Если у Вас восьмой блин комом: плюньте на блины - пеките комочки!
1 |2 |3
 

 


      Улетел. (день первый)
      7,00 поплакала, поехала на работу.
      9,00 страдаю
       9,30 получила шикарные розы с запиской — поплакала тихо в холле, поплакала от души в кабинете. Написала ему смски, страдаю…
       страдаю…
       …. страдаю
       нашла не правильно оформленные документы, нашла виновных, нашла виновных на котрорых сослались виновные, оштрафовала, …. страдаю…
       17,30 поехала домой.
       18,40 съела бутерброды с красной икрой, что он купил. Ела думала о нем. Чувство такое, что от меня оторвали огромный кусок. опустошенная. караулю возле мобильного.
        19,30 попыталась утопиться в ванной. доела икру. посмотрела в потолок, посмотрела телевизор, в сотый раз подумала, что он у меня самый замечательный!!!

        осталось 14 дней…
 

Самое время все поменять!


       С чего начинается одиночество? С забытого дома мобильного, нуля пропущенных звонков, сигарет, красных глаз и кругов под глазами… с остывшего кофе и удобных свитеров, с туфель без каблуков… С электронных дневников, неотправленных писем…С большой любви, непонимания, опустошения.
 

Так и живу…


     «Я тебя так люблю, моя прелесть!» - сказал он, выкинул окурок и вернулся в ресторан к своей жене и друзьям.
 

Жизнь


      22:20 тихое жужжание ПК. Ничегно не сделано. Ничего. Три дня стратегического планирования, моих пыток и сопротивления ума — результат НОЛЬ. СМАРТ задачи близки к провалу. Всё надо было сделать позавчера. Четыре вымученных выходных. Усталость переросшая в тоску.
      Душ. Закрытые глаза и тревожность. Расслабление требует концентрации… концентрации на расслаблении. Трезвон мобильного. Пусть. Ещё. Ещё. И ещё. 12 пропущенных звонков. Работа. И не одного имени способного заставить сжаться сердце в груди.
      Для кого-то Даша. Для кого-то уже Дарья Сергеевна. И в лучшем случае моё имя произнесут с уважением. В лучшем.
      Ты бы понял меня, я знаю. Понял без слов. Я потеряла это. Тебя — друга. Я скучаю…
 

Бежать!


        Щелкнул выключатель, ключь в замке с грохотом совершил тройное сальто. Ночь.            
        От себя не убежать, но можно создать иллюзию. Хочешь – это будет мир восторгов, горящих глаз, слов, ласкающих слух; хочешь – это будет покой и тишь; Ты – сильна как сталь, хрупка, нежна, обольстительна и коварна; ты – комок бурлящей энергии, притягивающий взгляды; невидимка – всего лишь одна из… Хочешь? Создавай иллюзию!
           
        Ночь бурлит очагами вылепленной радости. За барной стойкой – Сергей. А может и не Сергей – мне все-равно. Сергей счастлив и успешен – как и большинство не спящих этой ночью. Он полон надежд и грандиозных планов. Но мне нет дела до его иллюзии у меня — своя.
         
        Я получаю наслаждение от сегодняшней ночи. Улыбаюсь всем без разбора. Я буду радостно танцевать, смеяться и пить… много пить! Ведь если ты хочешь попасть в мир собственных иллюзий ты должен пить. Всего пару бокалов топлива-алкоголя домчат тебя в любую выбранную тобой страну иллюзорной радости.
 Куда я лечу сегодня — скоро узнаем.
       

       …«Похоже, мы вернулись!» - сказали красные глаза, спутанные волосы и ноющее тело. Кажется вчера нам было весело. …или нет?…
 

Дневник Идиотки


Дебилизм не диагноз, а жизненное кредо!

         Сказать: «Всё!»

        
«Просто уйди и никогда больше не возвращайся!». Желания исполняются, остается боль. Словно кислота, разливающаяся по телу, прожигающая дыру в моей груди.
        
Я бы хотела оказаться в темноте. Лежать на бездушном полу, закрыть глаза. Лечить  выжженную в моей груди дыру — воспоминаниями. Только светлыми – других нет. Лечить тобой. Мыслями о тебе. Пока с кончиков пальцев не спрыгнет дрожь, а под кожей не потечет свет.
        
Просто уйди и ни когда больше не возвращайся!… останься со мной! Обними меня! Не отпускай!…
 

«Жестокие игры»


Страшные сказки на ночь.
(Буйство воспаленного мозга. Всего лишь страшные фантазии не более!)

           

Пролог.  Дни настоящие. 13 июня. 08,00

 

Её руки обхватили его шею, пальцы запутались в его волосах, притягивая к себе тяжесть его тела. Его горячие ладони с нетерпением и настойчивостью скользят по её телу. Нет ничего в этой звенящей темноте кроме его дыхания, его тела, его губ.

 

С грохотом повернулся дверной замок. Она села на диване закрыв глаза, зажав рот сотрясаясь в беззвучной горечи. Кто-то сейчас радовался, кто-то спал, кто-то прощался, унося шаги, кто-то плакал. 8:00 Солнце позолотило мокрый асфальт и деревья. Она начала новый отсчет.

 

Книга первая. Ученик волшебника. Встреча.

 

Они познакомились на работе.  В первый раз, увидев его зеленые глаза, она поняла: он не такой как другие. Он затягивал её как водоворот. Она чувствовала его на расстоянии, она теряла голову от его близости, она понимала его как себя.

  

Книга вторая. Денис.

 

            Они познакомились практически год назад. Она была подавлена. Искала работу и пыталась принять метания, ставшего дорогим ей, человека. Он был высоким брюнетом с необычайно теплыми карими глазами. Обычно, она не любила карие глаза – их темнота казалась ей пустой. Его глаза казались ей глубокими, взглянув в них можно было читать его мысли, понять остроту ума и согреться. Для своего возраста он был необычайно открыт и, казалось, беззащитен. Это забавляло её. Он был ОЧЕНЬ хорошим.

         Они вместе ужинали, гуляли по городу, посещали картинные галереи и катались на коньках. С ним она была ПРАКТИЧЕСКИ счастлива.

Они были знакомы уже больше месяца. Она плавилась под его медовым взглядом, сидя SKY-кафе, расположенном на верхнем этаже одной из небоскребных офисных башен, откуда открывался потрясающий вид на город. Он что-то рассказывал, она слушала  вполуха, в голове вертелось: «Почему он даже не пытается меня поцеловать?» Заметив её рассеянность он улыбнулся: «О чем ты думаешь?» Он был чуток, внимателен и необычайно говорлив глазами. Только глазами.

Воздух был свеж. Влажный асфальт блестел под ногами, напоминая морскую гладь. Она захотела пройтись пешком, он откуда-то это знал, и они брели болтая о пустяках. Дойдя до очередного перекрестка, он вскинул руку, ловя такси. Она удивленно развернулась и в тот же момент была прижата к нему его горячими руками, а холодных губ коснулся жар его дыхания. Перед глазами все поплыло, голова закружилась…

Она заказала такси в три ночи, отрезав все его попытки оставить её у себя или хотя бы проводить её до квартиры.

 

Книга третья. Ученик волшебника. Возвращение.

 

            Они пили кофе. Она курила много и часто. Медленно и глубоко втягивая в себя тягучий горьковатый сигаретный дым. Она нервничала. Он сидел напротив, смотрел на нее своим теплым, ставшим таким, незаметно когда, родным взглядом. Потянулся разговор. Он, как всегда, не понимал её, как всегда не осуждал. 
           
Голова кружится, очертания плывут перед глазами. Она скучала по нему! Безумно скучала! Он рядом! Хочется творить безумства! Обнять, целовать, не отпускать! Не права. Она опять вмешивается в его жизнь. Вырвать мысли из головы: она подумает об этом потом, не сейчас. Так мало времени! 
           Поцелуй! Тяжело сделать шаг прочь из автомобиля. Обнять, уйти, молчать, чтобы опять не сказать многого. Собрать остатки тающих сил. Хочу… влюблена.

           

Книга четвертая. Денис.

 

Сначала она еще из вежливости отвечала на его звонки. Ей было жаль этого хорошего, искреннего человека. Потом решила поступить, как всегда поступала в подобных ситуациях: звонки, e-mail, sms – оставались без ответа. Через две недели она вдруг собрала силы, встретившись с ним, долго и глупо говорила о том, какой он хороший, и какая она сволочь. Не в силах больше выносить безмолвную боль бездонных глаз извинилась и сбежала, проклиная себя.

  

Книга пятая. Ученикник волшебника.

 

            Она была по уши и безвозвратно влюблена в него. Настолько влюблена, что не смела даже вякнуть об этом, зная, что это причинит ему боль. Она просто радовалась, что он где-то есть: спит, ходит, дышит. Ей хотелось целовать его неизбежно печальные, уставшие глаза. Разговаривать с ним часами. Смотреть на него. Терять рассудок в его объятьях.

            Она была безумно СЧАСТЛИВА! Она испытывала постоянный драйв, растворялась от его прикосновений и жила сегодняшним днем. Впервые в жизни она не боялась испортить человека, находившегося рядом с ней! От этого на душе делалось непривычно легко и хорошо.

  

Книга шестая. Дни настоящие. 08,00

 

«Зачем нужен был этот разговор? Эту боль вынести не возможно! Я хочу чтобы она прошла! Я не вынесу, не могу, не смогу! Глупая, чего ты хотела?! Зачем так больно?! Я хочу прекратить мучиться! Немедленно!»
         Ей нельзя было раскисать. Как израненный зверь, она сползла на пол и пошла в душ. Ледяная вода обожгла кожу.

  

Книга седьмая. Денис. Дни настоящие. 13 июня.

 

Звонок рывком выдернул её из оцепенения. Он не зашел, а буквально вбежал в квартиру. Улыбка, казалось, излучала ощущаемый свет. Она невольно поежилась. Где-то далеко внутри гулко стукнуло сердце.

Он смотрел на нее все тем же теплым полным янтарного меда, взглядом и как-то неуклюже стоял посреди её комнаты. Казалось он был такой большой, что чувствовал себя здесь не ловко, ссутулившись, но непрестанно улыбаясь. Ей вдруг стало жутко смешно смотреть на этого несчастного великана. Поддавшись единому порыву, она подошла к нему, остановившись на недвусмысленно близком расстоянии. Сердце сжалось, наполняясь болью воспоминаний, раздирая грудь: «Я не нужна ему. … Он хочет, чтобы я была счастлива! Какая горькая ирония.» Губы скривились в горькой ухмылке. «Обними меня!» - прошептала она…

Он понимал всё. Он знал, как и знала она, что ни капли ей не нужен. Но он был с ней рядом. Он налетел на неё как теплый ветер, обдав своим жаром, казалось, со всех сторон. Он держал её так, как-будто она была хрустальной статуэткой, готовой разлететься в дребезги от малейшего неловкого прикосновения. Его губы были настолько горячими, что казалось, обжигали все её тело. Он целовал её так, словно стараясь не пропустить не одного сантиметра её кожи, словно от этого зависела его жизнь, покрывая бесчисленными поцелуями её лицо, шею, плечи, грудь…

«Я люблю тебя!» - тихо, но очень отчетливо сказал он ей, гладя её волосы, не выпуская из своих рук, словно загораживая от всего остального мира.

В 23,00 она вызвала такси и избегая его полного горечи молчаливого взгляда закрыла дверь.

 

Книга восьмая. Дарья. Дни настоящие. 13 июня 24,00

               

           Один шаг и она полетит в пропасть. Ей хотелось превратиться в маленькую ничтожную точку, стать невидимой для чьих-либо глаз. Она закрыла глаза и стала качать пресс. Она то опускала на подушку спутанные черные волосы, то касалась лбом колен. Дышать. Просто дышать и ничего более. Сконцентрироваться на вдохах и выдохах, слушать их, считать. Всё будет хорошо. Дышать. Больше она никого не обидит. Дышать.

            Зазвонил мобильный телефон…

           

 

Лишнее


          Это было не на этой планете.

Она сидела погруженная в ресторанный полумрак, откинувшись на спинку бархатного дивана. Оливка, лежащая в стоявшем перед ней пустом бокале, толкала повторить заказ.

В голове теснились мысли, не успевая завладеть ей полностью, сменяли друг друга. Она вновь прокручивала события последних часов, дней, недель. Воспоминаниям было тесно. Мелькали реплики, некогда бывшие родными - лица, круговорот глаз, комнаты, светофоры - все слилось в одну пеструю массу. Часы становились минутами, минуты – часами.

Сегодня она была довольна собой. Один из тех редких случаев, когда её внутренний голос не возмутился бы, услышав похвалу в свой адрес. «Я молодец!» - мелькнуло в её голове и она, наконец, позволила себе улыбнуться.

За её стол опустился высокий, улыбающийся мужчина тридцати-пяти лет, с копной рыжеватых волос и блестящими глазами. Она попыталась убрать неприличное самодовольство, но взглянув на пляшущие в его глазах огоньки, улыбнулась.

Он заговорил.

«Дежа Вю,» -  мелькнуло в её голове: коллега, женат.

Танец. Горячая рука легла на её талию. Жар от неё чувствовался даже через платье. Медленное скольжение двух тел в полумраке пустого ресторанного зала.

Что ждет от сегодняшнего вечера этот человек? Ресницы взметнулись вверх и она устремилась найти ответ в его глазах. Стало вдруг глупо очевидно что у них разные планы окончания вечера.

«Это не то, - пронеслось в её голове, - то, что я ищу, ждет меня на моей планете»…

 

Работа-хаос-накипело!


              Я себя, такую маленькую, заткну куда-подальше и буду вершить чужие судьбы!
 

!


       Оказывается и у меня иногда заканчивается терпение!...
 

«Emotions running wild, I could feel it when I'm next to you» (с)


       Танцы. Когда-то они являлись смыслом всей её жизни. Единственным, чем она хотела заниматься до последнего вздоха без устали. Жизнь решила по-другому. Над многим были расставлены точки. Приоритеты с хрустом сломлены.
       Жизнь текла своим спокойным руслом, не волнуясь и не выходя за его пределы, не тревожа душу нежданным счастьем и непереносимыми горестями. Иногда, задумавшись о чем-то, она говорила себе: так даже лучше,… спокойнее. Её жизнь и правда была не плоха: размеренная, устаканившаяся… никакая. Такая, при которой,  окунувшись в привычность одноликих будней, стирается грань между существованием и вечным покоем.
       Много чего случилось за последние годы. Она что-то сделала не так, совершив в чем-то промах (а может не один) развернула, тогда сама того не желая, реку к другим неведомым берегам.
       Ей было страшно - её привычный маленький мирок рухнул за секунды, а большой мир страшил своей неизвестностью; ей было холодно – среди чужих берегов, воинственных и угрюмых, закованных в мраморные корсеты, непроницаемых; ей было больно – раз приняв решение, дороги назад уже не было. И она устремилась шумящая, прокладывая новое русло, царапаясь о встречные камни людских сердец.
       Она плакала – и, став вконец соленой от своей доверчивости, обрела себя новую. Теперь, случайно забежав в её соленые воды, они выбегали, не в силах терпеть её едкость, иные тонули, поверженные силой прибрежных волн, стираясь в памяти не успев оставить в ней свой след, разбиваясь о собственные скалы. Другие смотрели издали, боясь приблизится: бахвальство в гранитной оправе тонуло особенно хорошо.
       Он приблизился к ней, дотронулся рукой до легкой ряби прибрежных вод и сказал: «Привет». Она замерла, посмотрев на него. Он снял тяжесть, призванную служить защитой уставшему сердцу и сказал: «Ты хорошая, но ты для меня опасна». Она улыбнулась, устремив на него выжидающий взгляд. Он сказал: «Сейчас я хочу остаться с тобой, но потом я уйду, а ты побежишь дальше». Она вновь улыбнулась, и он шагнул в её соленую жизнь.
       Он появился, и ей расхотелось крушить, забавы ради, самодовольство, кидающих в неё камни. Они и без того были слишком слабы, чтобы обращать на них своё внимание. В конечном итоге зло, оставленное в покое имеет привычку бороться само с собой, уничтожаясь.
       Она сделала глоток свежего воздуха и вышла из воды. Она сказала: «Мне надоело быть соленой. Сейчас я останусь с тобой, потому что мне хочется танцевать, а потом я уйду, потому что ты полюбишь меня. Потанцуй со мной»…
 
       
       Ты прекрасно танцуешь. Тебе еще хочется спорить, но ты сам понимаешь, что это так. Танец – это эмоция. Человек, с волшебной техникой, положит руку тебе на талию и… ничего не произойдет. Но если ты подойдешь ко мне, едва касаясь пальцами моей спины – случится чудо! Можно всю жизнь оттачивать и совершенствовать технику, но так и не станцевать того единственного танца! Все мы умеем ходить, но мало кто воспаряет. Ты самородок от природы я не хочу тебя менять (большое зло пытаться изменить другого человека!), но я в силах придать твоему таланту огранку. Дай мне свою руку, пойдем, я хочу показать тебе как свершаются чудеса!
 

Прекрасный вечер.


        Весь день память пыталась отыскать на запыленных полках страницы  некогда изученного нейминга. В голове был вечный бардак: скомканные файлы, обрывки случайно услышанной когда-либо информации, новые томики, посвященные принципам кадровой политики, ведению переговоров, обрывки начатого и не оконченного творчества, потускневшие, не тронутые со школьных времен учебники по географии, истории. В дальнем углу отыскалось пару строк совсем ветхой астрономии, рассыпавшейся при легком касании. Наконец память, отыскала заветную книгу, сдув пыль, бережно и с волнением медленно, едва касаясь, принялась листать страницы далекого, родного, прежде любимого менеджмента. Память волновалась, цеплялась за ускользающие воспоминания, въедалась глазами в выцветшие строки. Воспоминания были ветхими, некоторую часть прочесть так и не удалось. Кончив чтение, память отряхнулась, оправила складки платья и улыбнулась…
       Она открыла глаза. Поднялась, чуть поведя затекшими плечами. Рабочий день подходил к концу, а вечер только начинался.
       Ужин был призван носить деловой характер. Он начался с кофе, сигареты, услужливого ноутбука, бумаг, исписанных неровным летящим подчерком, полусерьезных вдумчивых взглядов. Мысли, носясь в разные стороны, потеряв всякий стыд, вконец устав, замерли. Бокал белого вина был призван освежить взгляд и взглянуть на ситуацию под другим углом – тщетно. Мой вымученный профессионализм, кинув жалостливый взгляд, задремал у меня на плече. За окнами плыла звездная ночь. Пора было домой.
       Как хорошо ехать в машине, положив голову тебе на грудь, слушать биение твоего сердца, твой тихий голос. Мне не удалось помочь тебе, но ты улыбался, благословляя меня на наполненный сказками сон, и это прекрасно.
 

«I can hear the sounds of violins long before it begins»


        Слепящее яркое солнце. Полуденный зной. На сомкнутых веках играют солнечные брызги, прыгая на кончиках ресниц. Сознание растворяется, наслаждаясь шепотом набегающих волн. Ровное, мерное шуршание песка – убаюкивает, обволакивает, поёт о сказках.  
        Повернулась, приоткрыв глаза, устремив зрачки в мудрость бирюзовых волн, ласковых, дурманящих. Хорошо…
        Лежу в полосатом бикини. На голове панама. Ветер перелистывает  шуршащие страницы лежащего в руках Гюго. Солнце купается в бокале свежевыжатого сока, танцуя апельсиновыми бликами.
        Молочно-белый песок. Миндальный воздух. Чарующая магия цветов…
        Нежность вечернего воздуха. Вальяжные улыбчивые сумерки, медленно накрывающие голову, ложащиеся на плечи, дремлющие в складках невесомого платья. Легкая сладость коктейлей, обнаженная бронза плеч, музыка…«Like a lazy ocean hugs the shore, hold me close, sway me more…»
        А отпуск только через 5 месяцев…
 

Музыка моего сердца.


       Утро. За окнами темно и снежно. А на душе спокойно, ещё горько (горечь потерь, так или иначе сопровождает меня, ступая, виновато опустив глаза, на шаг позади, но, не отставая), но спокойно.
       Хорошо жить. Дышать, целовать любимых, улыбаться.
       Доброе утро!
 

С Новым годом!


       Очередной рубеж – пройден!
       Мы вновь стали на год мудрее.
       Хочется верить, что мы стали слышать лучше, видеть больше, научились отделять мишуру от смысла жизни, ценить единственно ценное.
       Я улыбаюсь. Закончился один из самых тяжелых годов в моей жизни. Что будет впереди – зависит от меня!
       Что я попросила у Деда Мороза? Попросила силы, достойно преодолеть отмеренные мне трудности на ближайший год. Не скукожить душу, натыкаясь на холод людского не понимания. Засыпать с улыбкой, не смотря ни на что.
       А Вы что попросили?
 

"Есть ещё миг, малый, но срок, пока не спущен курок..."


        За окнами метель. Мороз, обжигает щеки спешащих прохожих. На моей улице, в родном городе 31 декабря.
        Раннее утро. Как хорошо немного замедлиться, вырвать себя из привычного круга. Пусть сегодня будет особенный день! Пусть он будет не похож на другие!
        Я  одна в мерцающей новогодними гирляндами утренней тишине. Моё большеглазое счастье подошло, заглянув в душу, обняв за плечи, озарив спокойствием и блаженной умиротворенностью. Тихое счастье. В заснеженных лучах утреннего света, в запахе хвои, в молотом кофе. Сижу, выбивая из безликих клавиш образы. Скоро и меня поглотит круговорот предновогодних дел. На кухне, как у всех, уже булькают овощи…
 
        Пусть сегодня будет особенный день! Еще есть время не зря прожить этот год! Ещё есть 14 часов, чтобы успеть совершить самый главный поступок своей жизни,  сделать кого-то счастливее, наконец, стать героем, отменить компромиссы со своей совестью, прозреть и увидеть, услышать, ворваться к кому-то трепетно хранящему твой образ, сказать, прошептать, прокричать! О самом главном, необходимом, не сказанном.
        Быть героями! Быть волшебниками! Дедами Морозами! Добрыми Феями! Стать человечнее! Понять многое! Познать не глазами, но сердцем! – сегодня. Есть время, совершить то, что наполнит глаза светом в последние минуты отмеренного, напомнив, что жизнь прожита не зря.
        С наступающим!
 
 
P.S: ушла совершать добрые дела!
 

Замечательное утро!


       Сегодня я ощущаю скудность своего языка. Нет слов, чтобы выразить мои эмоции, безграничное счастье, накрывшее меня своей теплой волной. Тону, озаряя темноту вселенной, своей улыбкой.
       Растворяюсь, превращаюсь в молекулы света. И душа звенит бубенчиками, и люди выглядят добрее, и воздух пахнет карамелью!
       …хорошо…
 

Игривое настроение!


"Пожалуйста, нарисуй мне барашка!"
 

"Удав снаружи и изнутри")))


  - Это было не на Земле, - сказал Маленький принц.
     Лис очень удивился:
     - На другой планете?
     - Да.
     - А на той планете есть охотники?
     - Нет.
     - Как интересно! А куры есть?
     - Нет.
     - Нет в мире совершенства! - вздохнул Лис.
 

Жизнь – бесценна!


        Ей наверно очень хотелось жить!
        Мы вместе учились. Я – тихоня, мамина папина дочка. Она – комок энергии, вечно шумящая, вечно улыбающаяся, звенящая девочка-праздник. Одна из лучших учениц, одна из первых нашедших себя в этой жизни.
        Мы не были подругами. Летним утром, выйдя из пены шампанского, разлетелись улыбками в разные стороны «взрослой» жизни. Время текло асфальтными реками, мигало редкими мобильными посланиями. Отнятые друг у друга заботами, делали что-то, стремились к чему-то, дышали воздухом одного города. 
        Редкие встречи. Ты всё та же девочка-праздник. Твоя улыбка и голубые глаза.
        Оборвалась, отзвенев, сомкнув веки. Нелепо. Слишком рано.
        Нелепая смерть. Страшная. Негласным зовом  вновь собрала нас всех вместе. Какой страшный повод нужен был, для того чтобы вспомнить всё, вытащить из памяти единственно ценное, потрепанное временем, и всё же не стертое в гонке за собственными амбициями. Из черствых сердец, из непроницаемых глаз, по щекам, лучами света, царапая, сокрушая каменные глыбы холодных душ, горечь. Склонив головы, знаем, о чем сейчас думает каждый из нас.
        Милая Галя. Помним. Скорбим.
1 |2 |3